Художник Илья Клейнер

Илья Клейнер. Судьба русского таланта

Вот и бегут русские таланты за рубеж. И прирастает их могущество за счет нашего. Я полагаю, что сегодня могла бы получиться весьма интересная серия книг на тему "Судьба русского таланта в опыте мировой культуры XX века". Условно начальная точка отсчета – Шаляпин, Куприн, Павлова, Дягилев и т.д.; замыкающая, но не последняя точка – Солженицын, Бродский, Максимов, Ростропович, Вишневская, Нуриев, Барышников, Целков, Шемякин, Неизвестный и т. д.

Любая власть душит, изгоняет, убивает талант, который угрожает ее самости. И не просто талант, а любого человека, который восстает против системы унижения и порабощения личности.

Примеры гонений первых христианских апостолов, остракизм инакомыслящих историиочень хорошо известны ещё со времён Ветхого Завета. Об этом не стоило бы и говорить (настолько мысль тривиальна), если бы не один качественный нюанс в этой человеческой драме. Ни одна из преждесуществовавших государственных систем не использовала такой широчайший арсенал средств и орудий запугивания и убиения инакомыслящих, как система социализма. Доносительство, стукачество проникли во все поры нашей жизни, муж доносил на жену, брат доносил на брата, друг доносил на друга. Сталинская дьявольская установка, гласящая, что в процессе построения социализма классовые противоречия не исчезают, а наоборот, обостряются, стала теоретическим обоснованием всеобщей подозрительности и беззастенчивой клеветы.

Я помню, как после войны, мы, дети боялись, чтобы, не дай Бог, на клочке газеты, с которой мы шли в общественную уборную, не был портрет Сталина. За невинный анекдот, в котором упоминалось имя великого кормчего или его соратников, человек мог схлопотать 10 лет. Первые отделы, являясь органами КГБ, проникли во все сферы нашей жизни. Помню, как в 1959 году я из Польши привёз книгу о жизни и творчестве Пабло Пикассо. На меня кто-то "капнул" и меня тут же объявили поборником абстракционизма, отстранили от преподавательской деятельности.

Вся наша необъятная страна превратилась в один сплошной ГУЛАГ, точно как в песне "От Москвы до самых до окраин, с южных гор до северных морей".

Социалистический ГУЛАГ – есть траурный мемориал, незаживающая рана на совести России. И это -не высокие слова, это -страшная правда. С потрясающей, неимоверной силой показали сущность ГУЛАГа, трагическую жизнь заключённых в своих произведениях такие мученики совести, как А. Солженицын, Е. Гинзбург, В. Шаламов, Л. Разгон, Л. Копелев, Б. Слуцкий, В. Боков, А. Жигулин и др.А сколько воистину великих ученых, полководцев, врачей, артистов было брошено в годы культа за колючую проволоку и сколько их там осталось навеки?

Государство иногда позволяло и поиграть со своей жертвой. Так, например, государево око как бы "не замечало" мятежный гений Мандельштама. Но стоило поэту в острогротесковой форме показать Верховного тирана, как тут же власти бросают его в лагерь, в котором он больной, почти полусумасшедший, и погибает.

Вспомним судьбу генерала Григоренко. Стоило ему во всеуслышание подать голос в защиту крымских татар, как его тут же упекли в психушку.

Вспомним судьбу академика Андрея Сахарова. Стоило ему заявить на весь мир о политических свободах и правах граждан в Советском Союзе, как его сослали в Горький.

Вспомним судьбу вдовы поэта Переца Маркиша Эстер Маркиш и ее сына, которые встали на защиту прав евреев, и их тут же выдворили за пределы России.

А судьба академика Д. Лихачева, Л.Штерн, сына А.А. Ахматовой – Льва Гумилева, его отца – поэта Гумилева, писателя И. Бабеля, военноначальника И.Якира, артистов В. Мейерхольда, С. Михоэлса. Вспомните судьбу Домбровского, Марченко. Воистину страшно звучит ирония перефразированных слов одной широко известной песни:

"Я другой такой страны не знаю, где

"на месте", "смирно" и "кругом"!

На этом месте нужно поставить точку, ибо дальнейшее перечисление жертв сталинского молоха не выдерживает память сердца. Здесь я предоставляю право каждому, кто читает эти строки, выйти за пределы текста и самим продолжить этот окровавленный лист российской истории.

Для себя же я хочу уяснить, почему красный террор с такой невидимой доселе свирепостью и всеохватностью обрушил свой топор на головы своих сограждан и почему генетический фонд, образующий культурную основу России, пострадал более всего? Не есть ли в этом общенациональном безумии своя система и не восходит ли эта система безумия к неким высшим мистическим силам? А может быть, ее корневая основа восходит в глубину нашей российской ментальности и, чтобы понять весь космический масштаб этого ужаса, надо погрузиться в эту глубину? Для меня эти вопросы очень серьезные. Возможно, когда-нибудь я и вернусь к ним. Но это – отдельная тема.

Вообще, история таланта на Руси – сплошной кровавый мартиролог. И в этом списке убиенных и загубленных более всего молодых. Ну, вот, на вскидку несколько имен.

Смерть настигает художника Федора Васильева в 23 года, Добролюбова – в 25 лет, Лермонтова – в 27 лет, Писарев умирает в 28 дет, Есенин – в 30 лет, Алексей Кольцов – в 33 года, Грибоедов, артист Волков -в 34 года, Пушкин, Белинский, Никитин, Маяковский – в 37 лет, художник Левитан, поэт Багрицкий-в 39 лет, Гоголь-в 43 года, и так далее, и так далее, и так далее.

Я понимаю, всего лишь одно стихотворение Лермонтова "Выхожу один я на дорогу" делает его гениальным, но погибнуть в 27 лет невыносимо. Я понимаю, что один гений Пушкина знаменует собой золотой Ренессанс в культуре России 19 века, но почему, почему так страшно обрывается жизнь гения в 37 лет у Чёрной речки?

А сколько молодых талантов пало на полях Второй мировой войны, "недолюбивших, не докуривших папиросу"? Вот как о своих товарищах, поэтах-фронтовиках скажет другой поэт Давид Самойлов (Поэма "Снегопад"):

Кое-кого из их числа
уже навеки приняла
земля под сень своих просторов:
Кульчицкий, Коган и Майоров,
Смоленский, Лепский и Лапшин,
Борис Рождественский, Суворов
в чинах сержантов и старшин,
или не выше лейтенантов –
созвездие молодых талантов.
Им всем по двадцать с небольшим.

Но поныне этот алый следтрассирует, выбрасывая из жизни наиболее талантливых: Владимир Высоцкий, Леонид Енгибаров, Роберт Рождественский, Андрей Миронов, Олег Даль, Роман Филиппов, Константин Васильев, Геннадий Шпаликов, Игорь Киселёв, Виктор Попков, Никита Подгорный, Леонид Марков, Юрий Богатырёв, Евгений Мартынов, Александр Кайдановский, Юрий Каморный, Изольда Извицкая, Игорь Тальков, Наталия Гундарева, Виктор Цой, Александр Хочинский, Влад Листьев, Дмитрий Холодов, Елена Майорова...

Все мои другари, кореша
поостыли в земле, приумолкли,
Кто от пули ночной
иль хмельного ножа,
кто от взрыва сердечной аорты.
Они жили, себя не щадя,
без огляда, напрополую,
и, как гвозди, с размаху вбивали себя
в деревянную плаху земную.

Почему, подскажи мне, страна,
ты сначала убьёшь и хоронишь,
а затем, по расхожему счёту, сполна
свои жертвы в святые возводишь?

Я хриплю: – Другари, как же так?
Но в ответ тишина и поныне.
Только жены их стынут в озябших платках
на бескрайних просторах России.

Сегодня, когда криминализация общества достигла крайнего предела, а государство не в состоянии обеспечить безопасность своих граждан, насилия и убийства стали обычным явлением. В этих криминальных условиях жизнь таланта не может быть гарантирована никакими государственными органами. Сегодня убить талант на Руси всё равно что сплюнуть шелуху от семечек. Просто от убийства обычного человека такие операции отличаются тем, что они заранее планируются и выполняются наемниками-профессионалами. Талантливый человек в силу своей природы, как бы априори, не защищен, он у всех на виду несмотря на то, что в отдельных случаях он может позволить себе иметь и личную охрану. Более того, в силу осознанного или неосознанного представления или ощущения о своем бессмертии (о чем я скажу подробнее ниже), талант как бы больше "реален" в еще не наступившей реальности, для него завтрашний день более привлекателен в своем бессмертном очаровании, чем сиюсекундная проза жизни. Прибавьте сюда и внешнее признание таланта (если таковое имеется), которое как бы провоцирует его к повышенному представлению о своейисключительности, и вы почувствуете, каким беззащитным и уязвимым он становится. Тогда безбрежная космогония души таланта проецируется на чисто утилитарно-бытовое поле его обитания (или желаемого обитания), происходит сбрасывание "охранной грамоты" со стороны интеллекта, наступает видимый или не видимый миру конфликт, который с неизбежностью приводит к роковой развязке.

Так, например, я могу предположить, что главная причина смерти Влада Листьева заключается в том, что он перешагнул границы игрового поля, захотел играть по своим правилам. Он был угоден верхам, пока его талант был задействован в границах собственного творчества, т.е. на чисто художественном уровне. Стоило ему войти в сферу денежного бизнеса, заявить о независимости своего телеканала, как тут же он стал неугодным. Кому неугодным? Тому кто определял и вершил всю политику на ОРТ. Истинные убийцы Влада -это те люди, которые стояли за его спиной и дышали ему в затылок. Здесь все, как в большой игре: или в одни ворота, или пошел вон. Не хочешь– получай.

Когда-тоЕ. Евтушенко сказал, что добро должно быть в боксерских перчатках. Я понимаю внутренний пафос поэта, но не разделяю его. Есть и другая точка зрения: "Талантам надо помогать. Бездарности пробьются сами". А что делать таланту, который только-только начал вставать на крыло и вдруг, по какому-то странному стечению обстоятельств, надломился, замолк, впал в депрессию и т.д.? Конечно же, помочь ему всем миром снова поверить в себя, протянуть руку помощи. В жизни же чаще происходит по-другому.

Давайте спросим себя, а где мы все были, когда повесилась в далёкой Елабуге гениальный поэт Марина Цветаева? Мы все повинны в её смерти. Без исключения.

Давайте спросим себя, что мы сделали, чтобы помочь прекрасному артисту Владимиру Ивашову (главная роль в кинофильме "Баллада о солдате"), который в поисках копейки был вынужден заниматься непосильным физическим трудом на товарных станциях? У него кровоточила язва. И поднимать тяжести ему было категорически нельзя. Мы палец о палец не ударили. Артист харкал кровью, а мы делали вид, что ничего не происходит. Все мы повинны в его ранней смерти.Без исключения.

Поколение 60-х годов помнит изумительный по чистоте и трепетной лиричности голос Валерия Ободзинского. Его травили, делали вид, кА будто его нет в нашей эстраде. Многие думали, что он эмигрировалв Израиль или в Америку, а он был среди нас, работал истопником, пил и пил по-чёрному, иногда и кололся. Но благодаря собственной воле и помощи близких, "восстал из пепла", вернулся на эстраду, записал большой диск замечательных песен, но было уже поздно. Не выдержало сердце. Кто виноват в его смерти? Не снимая личной ответственности с самогоартиста, мы должны сказать себе, что все мы повинны в его преждевременном уходе из жизни.

Поколение 70-80-х годов помнит такого артиста, как Сергей Минахин. Маленький, невзрачный, с подслеповатыми глазками, но голос, голос какой имел! И что? Да ничего. Спился человек, нет человека.

Многие меломаны 80-х и начала 90-х годов помнят такое имя, как Ирина Грибулина, певица и композитор. Жизнь ее была сплошные фестивали, конкурсы, цветы и аплодисменты. Не жизнь, а сплошной успех. И вдруг-молчание, полное забвение имени. А в это время как только ни корежила ее судьба, в какие только критические ситуации ни ставила ее жизнь: несколько раз выходила замуж и все неудачно, страстно желала иметь ребенка и не мота, снимала углы, драила в подъездах грязные полы. Последний муж оказался просто садистом, он так ее избивал, что из-за травмы мозга и позвоночника она не могла передвигаться, о рождении ребенка не могло быть и речи. К каким только врачам-светилам она не обращалась, ответ был один и тот же: "Забудьте о ребенке. С такими травмами еще никто не рожал". На сольных концертах был поставлен крест. И вдруг совершилось чудо. Повстречался один мужчина. Завязался кратковременный роман. Сегодня Ирина имеет чудесную дочку Настеньку, счастлива, ушла от подонка мужа, готовится выйти на эстраду. В этой маленькой истории талантливой певицы поражает чудесный исход. Но не менее поучительным в ней является равнодушие ее друзей, кроме мамы, которая не переставала верить в счастье своей дочери и все, что возможно, делала для этого.

А сколько таких грустных историй может привести каждый из нас?

Достаточно оглянуться вокруг себя и посмотреть, например, на жизнь бывших спортсменов – рекордсменов, наших прославленных в недавнем прошлом хоккеистов и гимнастов, боксеров и бегунов. Немногим из них удается проявить себя на тренерской работе, если, конечно, повезет. Большинство, как правило, уходят в небытие, спиваются, уезжают за кордон в поисках удачи.

Да, трагична гибель таланта на Руси, как и гибель всякого человека.

Но более трагично прижизненное забвение таланта, когда он находится в расцвете сил.

Давайте вспомним, как вся наша необъятная страна замирала у голубых экранов, когда в начале горбачевской перестройки появилась передача "Взгляд". Это был действительно взгляд на самих себя изнутри, честный, бескомпромиссный, полемичный, задорный, где-то даже на грани фола. Это был взгляд наступательных максималистов, который будоражил и приводил в восторг и содрогание всю страну. Мукусев, Листьев, Политковский, Захаров, Любимов явили России ту свободу самовыражения зарождающейся демократии, которая, как чистый глоток воздуха, врывалась в наши души после 70-летнегоудушья. Но произошел раскол внутри "взглядовцев", не все они выдержали испытание денежными знаками, многие встали в полную зависимость от тех, против кого они так недавно выступали. Действительно, история повторяется дважды. Владимир Мукусев был вынужден организовать свой "Взгляд", сначала из Новосибирска, затем из Нижнего Новгорода. Но был отдан строжайший приказ сверху: "Мукусева на ТВ не пущать". Его передача из С-Петербурга "Объясните простому человеку" продержалась ровно месяц. Расторжение контракта объяснялось нехваткой денег. Руководитель канала СТС госпожа Лесневская, после того, как вышла передача моего друга о Церетели, побывав "на ковре" у мэра Москвы Ю.Лужкова, где ей было указано, какую политику она должна проводить и кто оплачивает её эфир, закрывает двери перед журналистом. Причём, сам акт отказа с её стороны был выдержан в традициях низкопробного детектива. (Кстати, в 2007 году издательствами "Флинта-Наука" вышла в свет потрясающая по своей обнажённой правде книга Владимира Мукусева "Разберёмся...", в которой с исчерпывающейполнотой, на разрыв аорты показана вся история "Взгляда". Советую всем честным и совестливым людям купить и прочесть её. Не пожалеете!)

Более 15 лет имя Владимира Мукусева находится в системе государственного остракизма, более 15 лет мы лишены возможности видеть остросюжетные, неординарные по форме и содержанию передачи этого талантливого журналиста.

То, что государственный аппарат занял позицию усекновения правдыв лице Владимира Мукусева, -это понятно. Но вот все мы, именуемые русской интеллигенцией, почему мы все молчим, почему никто из нас не встанет на защиту Мукусева, чего мы ждём? Что, ему нужно перенести ещё второй инфаркт, или одного мало? А ведь за время отстранения его от эфира он перенёс сложнейшую операцию на позвоночнике. В 1996 году в критическом состоянии между жизнью и смертью Владимир был доставлен в Боткинскую больницу с диагнозом "обширное язвенное кровотечение".

Когда-то Бруно Ясенский сказал: "Не бойся предателей. Самое страшное, что они могут сделать, – это предать тебя. Не бойся убийц. Самое страшное, что они могут сделать, – это убить тебя. Но бойся равнодушных. Только с их молчаливого согласия на земле происходит и предательство и убийство".

А он прошёл Афган, Нагорный Карабах,
его трясло в Спитаке от рыданий.
Он шёл туда, куда не стоило ходить.
"Прощай" не говорил, но только "до свиданья".
Он камерой своей высвечивал добро,
лежащее на ликах и на лицах.


Он зло не смаковал, он просто жизнь давал,
какой она была в столицах и станицах.
Я видел, как мой брат, я видел, как мой друг
Мукусев Вова харкал кровью алой
а кто-то отмывал подпольный чёрный нал
на имени его и всенародной славе.
А у него жена, а у него семья
и ждущая Россия у экрана
и старенький отец, который отомстить
не может за его царапины и раны.
О, правда, подскажи, ну почему во лжи
тебя покрыла кривда всенародно,
а тот, кто о тебе стремился говорить,
сейчас стоит один, один и безработный?
Бомжирует страна и вместе с ней мой друг,
сокамерник по духу и печали.
И всё-таки во тьме на объективе – свет
Грядущих дат и лет и выход из опалы.

У таланта есть одна привилегия – ничего не просить у сильных мира сего:

Судьба таланта на Руси –
у сильных мира не просить,
творить в глуши и нищете.
А на Олимпе – все не те.

Леонид Полищук, Светлана Щербинина, Александр Волошин, Евгений Аблин, чьи живописные творения по праву могут войти в антологию не только отечественной, но и мировой культуры 20 века, сегодня предоставлены сами себе. После развала Союза художников СССР эти художники не имеют государственных заказов, их судьбы практически находятся в забвении. Страшно сказать, но у них действительно нет денег на краски. Холсты, кисти, а порой и на краюху хлеба с молоком. Но идти по расхожей, искать своих менеджеров, импресарио они не могут, потому, что они люди иной духовной формации.

Есть у Булата Окуджавы в стихотворении о Нико Пиросмани такие строчки:

Он жизнь любил не скупо,
как видно по всему.
Но не хватило супа
на всей земле ему.

Я знаю, что история не любит сослагательного наклонения. И всё-таки если бы сегодня такие шедевры, как "Победа" Бориса Милюкова, "Консилиум"– росписи Леонида Полищука и Светланы Щербининой во Втором московском медицинском институте, орнаментально-декоративные полотна Евгения Аблина, "Осень в Суханово" Александра Волошина, "Взрыв Селинджера" Ильи Бройдо были выставлены в Организации Объединенных Наций или в Нью-Йоркскойгалерее современного искусства, мир бы глубже узнал русский Гений, его возвышенный дух и его воистину универсальное свойство – сострадание и милосердие к маленькому человеку.

Нам бы этих людей возить на работу под синей мигалкой в сопровождении кремлёвского эскорта, нам бы занести их имена в "Красную книгу" как национальную неприкосновенность, нам бы выделить им не оскорбляющий их достоинство пансион, нам бы показывать всему миру их творения и продавать их работы не ниже стоимости скрипок Страдивари и Гварнера. А мы отторгаемот себя то, что у других народов считается общенациональной гордостью, мы сознательно убиваем не только гениев и таланты, но, что более страшно, разрушаем уникальное духовное поле, которое образуется вокруг каждого его носителя.

Илья Клейнер. 2011-2014

Библиотека » Илья Клейнер. Улыбка заката. Автобиографическая повесть




Выставка работ
Книги