Художник Илья Клейнер

Илья Клейнер. Мозаики

В 1976 году я был принят в Комбинат монументально-декоративного искусства в должности художника-исполнителя. Я был направлен в бригаду известных мозаичистов, кладка которых отличалась высочайшим профессионализмом, в основе которого лежал мировой опыт монументализма! (Спустя много лет, побывав со своей персональной выставкой в Италии и прикоснувшись к выдающимся творениям художников Высокого Возрождения, я воочию убедился в неповторимой красоте российских мозаик, в их цветовой строгости и философской наполненности. Я был преисполнен чувством гордости за тот высочайший профессионализм и внутреннюю правду, которая была присуща искусству России.)

Я начинал с выкладки "фонов", постепенно переходя к декоративной атрибутике. Месил раствор, колол смальту, поднимал 60 килограммовые плиты на леса, не гнушаясь никакой черновой работой. Здесь я впервые понял, что такое коллективный труд творческой бригады профессионалов, связанных одной идеей творить красоту. Здесь же я понял и меру ответственности личного участия в общем деле, когда правило "если не я, то никто за меня" стало одним из важнейших правил в дальнейшей моей работе.

Начинал я работу у Народного художника СССР Юрия Королёва. Уже на выходе работы кто-то из членов бригады спросил меня: "Илья, ведь ты еврей. А знаешь ли ты хоть одну песню на родном языке"? "Знаю" – ответил я. "Тогда спой" попросили они. Я спел детскую песенку на иврите, которую меня когда-то научила мама. На следующий день я был уволен из бригады. Королёв так и сказал: "Не держу у себя жидов". Я перешёл в бригаду к другим художникам – Л.Полищуку и С.Щербининой. У них я понял, что такое авторский замысел, его материальное воплощение, художественную правду каждого выложенного сантиметра в смальте.

Случай

Однажды, ещё в самом начале работы, когда мы вели фон на самом верхнем ярусе лесов, где-то на высоте двадцатиэтажного дома, подходит автор к одному из исполнителей и просит срубить полностью большое пространство смальты. Причина: нарушение строгого угла, от которого зависела параллельность "штробы" между "строчками" фона. Исполнители точно обозначают подобное нарушение, называя его "пляшущей", "гуляющей" строкой. Обиженный мастер (а он понимает, что срубить в 50-градусную жару скарпелью схватившийся намертво раствор очень трудно) бросает упрёк маэстро: "Ведь снизу, с земли никто физически не сможет заметить такую неточность. Расстояние всё скроет". "Правильно", – отвечает ему автор, "Никто не заметит. Но если Вы допустили такую небрежность на самом верху, нет гарантии, что она не может повториться и внизу. Здесь важно ещё и другое – Ваша совесть. А что говорит она, Ваша совесть, совесть профессионала?"

Был отдан приказ всей бригаде срубить этот кусок. Один допустил ошибку, все несли ответственность за неё. С одной стороны – личная ответственность каждого за порученное дело, с другой – коллективная сопричастность делу. Общему делу.

Илья Клейнер. 2011-2014

Библиотека » Илья Клейнер. Улыбка заката. Автобиографическая повесть




Выставка работ
Книги