Художник Илья Клейнер

Илья Клейнер. Сахар

Около месяца наш поезд шёл в Сибирь. Болезнь меня не отпускала. В бреду я просил: "Мама, сахар, мама, сахар"...

– Нина, – не выдержала одна из женщин, – Люсик более трёхсот раз попросил у тебя сахар, дай ему, наконец, этот проклятый сахар!

– Нет его у меня, – ответила мама.

– На, возьми мой, – сказала женщина.

Болезнь преследовала меня по пятам, как гончая собака испуганного зайца. Мне легче перечислить те, которыми я не болел. Вероятно там, в заоблачных далях, тени моих предков по генетической верёвочке спустили их в моё малохольное существо, чтобы я через многие годы мозговым веществом на душевном заквасе осознал и принял в себя здоровую сторону жизни в её прекрасной упаковке. Испытанье болью на краю жизни и смерти есть промежуточный экзамен на готовность предстать перед Богом уже во взрослом или старческом состоянии и держать перед Ним свой истинный зачёт, без подсказок и помощи со стороны.

А младенец, в его ангелоподобной сущности, за что ему такое наказание, а точнее – испытание? Ответ здесь один – Бог пожалел и забрал его к себе. Вероятно, при распределении земных испытаний в небесной канцелярии произошёл сбой и на одну душу возложили такой груз боли и страданий, который мог бы пойти на других.

А вот братишка не болел, даже насморки миновали его. Но однажды, кажется в третьем классе, он сказал маме, что болен. Потом выяснилось, что он хотел просто остаться дома и получить яичко всмятку, как и его больной старший братец. Может быть, кто его знает, вот эта способность к лицедейству, к перевоплощению, которые станут сутью его грядущей сценической профессии и получили свой изначальный толчок из той нелёгкой детской поры?

...Ах, память, память. Сегодня, с вершины прожитых лет, я помню, вы не поверите, тот родильный дом в Рубежное, ту палату на втором этаже и даже кровать, на которой лежала моя мама, прижав меня к груди. Когда я говорил ей об этом, она только крутила пальцем у виска и отмахивалась от меня. Но вот, однажды, где-то в 80-ые годы мы посетили наш городок. И каково было её удивление, когда я привёл её к этому роддому и указал точное место, где мы тогда лежали. Больше того, я показал и другое место, где находилась кровать её подруги Зинаиды Дементьевой и её дочки. Мама была потрясена.

Илья Клейнер. 2011-2014

Библиотека » Илья Клейнер. Улыбка заката. Автобиографическая повесть




Выставка работ
Книги