Художник Илья Клейнер
О художнике | Работы | Фотоальбом | Отзывы | Библиотека | Обратная связь

СУД ЛЮДСКОЙ

( пьеса)

Судья
Подсудимый
Адвокат
Прокурор
Слушатели в зале

Судья: Слушается уголовное дело о совершении обвиняемым злостных нарушений по отношению к ряду граждан Российской Федерации. Обвиняемый, назовите своё имя и фамилию.

Подсудимый : Моисей Соломонович Цукерман, ваша светлость.

Судья: Не ваша светлость, а гражданин судья.

Подсудимый: Слушаюсь, ваша светлость - гражданин судья.

Судья: Товарищ прокурор, скажите, в зале находятся все свидетели по делу?

Прокурор: Так точно, гражданин судья.

Судья: Итак, суд начинает свою работу. Обвиняемый, вы знаете, почему вы здесь находитесь?

Подсудимый: Не знаю, но догадываюсь.

Судья: Прошу прямо отвечать на поставленные вопросы. Повторяю: вы знаете почему вы приглашены в суд?

Свидетель: Ваша честь, этот еврей привык заумно говорить, от него вы не дождётесь прямого ответа. У него не все дома.

Подсудимый: Правильно глаголишь. В Библии сказано: "Говорю с вами притчами, ибо прямо не понимаете". Библейский стиль избегает чрезмерной ясности, ибо чрезмерно ясное есть лозунг. В Библии вообще нет ни одной заповеди, которую можно было бы прочитать без всякого усилия. Например, вор, говорится в заповеди, застигнутый днём, имеет право на снисхождение, но союз вора и ночи не имеет право на жалость. Извините, это я к слову. А вот насчёт моего сумасшествия я хочу напомнить уважаемому суду один малюсенький эпизод. Фридрих Ницше однажды увидел на улице Турина, как возчик хлещет кнутом обессилевшую лошадь. Он обнял измученное животное, заплакал и ... сошёл с ума. Волна сострадания к живому существу свела с ума этого создателя образа сверхчеловека.

Судья стучит молотком по столу): Прекратите немедленно словесную перепалку. Делаю вам замечание. А вам, свидетель, я не давал слова.

Свидетель: Ваша честь! Вы видите, с каким дерьмом вы имеете дело. Засудите его по всей строгости закона, умоляю вас!

Подсудимый: "Не судите, да не судимы будете!, - с расстановкой произнёс Моисей Соломонович. - Это не я сказал, а Бог!

Адвокат: Мойша Шломович! Прекратите немедленно! Вы слышите?

Судья (ещё раз стучит молотком по столу): Ещё раз нарушите порядок в зале суда, оштрафую. Мало не покажется. Подсудимый, назовите род вашей деятельности.

Подсудимый: В 1961 году я закончил философский факультет Московского государственного университета. Преподавал философию и эстетику в сибирских вузах. Нет надобности говорить, что труды таких философов, как Аристотель, Платон, Эпикур, Спиноза, Блаженный Августин, Григорий Палама, Ориген, Ефрем Сирин, Иоанн Дамаскин, Маркс, Ницше, Хайдеггер, Бердяев, Булгаков...

Судья (прерывает подсудимого): Подсудимый, прошу, не увлекайтесь именами. Не забывайте, что здесь не студенческая аудитория, а судебное заседание. Продолжайте по существу.

Подсудимый: Слушаюсь, гражданин судья. Так вот, труды особенно современных мыслителей мной были изучены основательно. Но дело всё в том, что идеи марксизма - ленинизма, как понял я со временем, были никчемной и лживой выдумкой, ничего общего не имеющей с подлинной научной мыслью. Более того, утопичность построения коммунистического рая на одной шестой части суши под названием Россия с каждым новым годом становилась пустой, заоблачной грёзой-химерой, ведущей многомиллионный народ в пропасть обмана и нищеты. И я перестал верить в то, что вынужден был говорить по программе своим студентам. Не знаю, сколь долго бы продолжалась эта лживая тягомотина, если бы не один случай, происшедший на семинарском занятии. Когда зашёл разговор о Марксе и Ленине, об их интернациональных идеях, один студент спросил меня: "Скажите, товарищ преподаватель, а правда ли, что в Ленине текла еврейская кровь??"

"Да- ответил я ему, - текла. Дед Ленина, от рождения носивший имя Израиль Бланк, был родом из местечка Староконстантиновка Волынской губернии. Закончив Житомирское училище, приехал с братом Абелем в Петербург, где оба приняли крещение, для того чтобы получить высшее образование. Израиль стал Александром, Абель - Дмитрием.

Карл Маркс был сыном еврейского адвоката Генриха Маркса, происходившего из рода раввинов. Крестился. Настоящее имя Карла Маркса - Мордехай".

Кто-то из молодых "стукачей" капнул на меня зав. кафедрой, и мне был вынесен строгий выговор с формулировкой "за распространение семитских взглядов среди студентов". Меня предупредили, что если подобное повторится, то я буду немедленно уволен из института.

Прошло несколько недель, и вот на очередном семинаре меня спрашивает студентка: "Скажите, Моисей Соломонович, а правда, что евреи употребляют в пищу кровь христианских детей?" Подобный вопрос был для меня столь неожиданным, что я, позабыв строгое предупреждение институтских чиновников, тут же гневно бросил в ответ: "Это - одно из самых страшных наследий - пережитков средневекового фанатизма. Безумно-ужасный навет на еврейский народ. Слова "КРОВЬ МОЯ НА ВАС И НА ДЕТЯХ ВАШИХ" извращены в смысл:

"КРОВЬ МОЯ, ВЕЛИКОГО ПРОРОКА НОВОГО УЧЕНИЯ, БУДЕТ В ВАС И В ДЕТЯХ ВАШИХ". Вот отсюда и пошла страшная легенда об употреблении христианской крови евреями.

Понятно, что я тут же был изгнан из института. В народе бытует поговорка: "Правда глаза колет". Нет, правда сердце ранит. На каких я только работах ни вкалывал: был грузчиком на железнодорожной станции, истопником в котельне анилино-красочного завода, штукатуром, почтальоном, дворником. Были дни, когда я просто валился с ног от голода. Все бывшие так называемые "друзья" отвернулись от меня. Мысль о самоубийстве всё чаще и чаще посещала меня. Единственным моим спасением в те бессонные ночи было погружение в чтение мыслей великих апостолов и мудрецов, которые не позволяли мне уйти из жизни, вселяя надежду и веру в завтрашний день. Я понял на собственной шкуре, что воистину " не хлебом единым жив человек", а слова великого мыслителя Парацельса, что "каждый человек создан не для себя, а для другого", просто воскресили меня, став смыслом моего ежедневья.

Свидетель: Вы посмотрите на него, какой он бедненький, какой затюканный. Ты лучше скажи суду, как довёл до самоубийства моих друзей. Как ты...

Судья: Свидетель, я не давал вам слова. Штрафую вас на одну тысячу рублей. Подсудимый, продолжайте!

Подсудимый: Ваша честь! Не штрафуйте его, ибо не ведает он, что говорит.

Судья: Я не отменяю своего решения. Слушаю вас.

Подсудимый: Я понял, что в мучениях своих следует доверяться не чувству, а рассудку. Чувствами же разумно наслаждаться в счастье.

Свидетель: Ах ты наш счастливчик горемычный. Вы посмотрите на него...

Судья: Так, штрафую вас, свидетель, ещё на две тысячи рублей. Хватит или достаточно?

Свидетель: Да чего уж мелочиться, ваша честь? Давайте начнём с трёх тысяч рублей.

Судья: Штрафую вас на пять тысяч рублей. Ещё раз нарушите порядок судебного заседания - буду вынужден вас удалить из зала и посадить в "клетку". Подсудимый, продолжайте!

Подсудимый: Ваша честь, вы не поверите, но чем меньше у меня становилось копеек и рублей в кармане, тем больше я стал задумываться над кардинальными вопросами человеческого бытия: зачем мы пришли на эту землю, в чём смысл человеческого бытия, не есть ли сама жизнь человека вздох угнетённой твари, существует ли высшая правда на земле, и если она есть, то в чём её корневая суть?

Свидетель: Ах ты наш Спиноза обрезанный, тварь дрожащая, - взревел свидетель за соседней трибуной, и взмахнув тростью, ринулся на подсудимого. Но в ту же секунду между ними оказался судебный пристав, заломивший руки свидетеля за спину.

Судья: Свидетель, штрафую вас ещё на шесть тысяч рублей. Стоять и молчать!

Подсудимый, вы думаете, что я не знаю об этом? При подготовке к судебному заседанию я и присяжные заседатель подробнейшим образом изучили и проанализировали все факты биографий присутствующих в зале по вашему делу. Итак, что же дальше?

Подсудимый: А дальше я организовал семинар у себя на дому по названием "Смысл человеческой жизни", на который стали приходить сначала по одному, а затем группами бизнесмены, банкиры, предприниматели и представители власти.

Свидетель: Во, во, с этого момента, Моисей, давай поподробнее!

Судья: Судебный пристав, наденьте на свидетеля наручники и отведите его в "клетку".

Судебный исполнитель тут же исполнил приказ судьи.

Свидетель: Ваша честь, только не затыкайте мне рот кляпом. Умоляю вас, мне есть что сказать суду!

Судья: Всё зависит от вашего поведения! Будете кричать - поставим не только кляп, но и клизму. Подсудимый, продолжайте!

Подсудимый: На этих семинарах я поднимал различные вопросы, связанные непосредственно с жизнью каждого присутствующего. К примеру, я утверждал, что нам, россиянам, кажется, будто принцип равенства привнесён к нам с Запада. Но это лишь только кажется, что он порождён лозунгами Великой французской революции. На самом деле принцип равенства в корнях русского национального сознания. "Либо всем хорошо, либо всем худо", - вот она, справедливость. В ответ я слышал вопрос: "Выходит, что равенство есть уравниловка в нищете и богатстве себе подобным? Но я не хочу быть равным тому же бомжу или простому работяге с его нищенской зарплатой". "Извините, - отвечаю ему, - не надо меня так примитивно упрощать и всё сводить к материальной стороне жизни". - "Значит, равенство всех, не взирая на чины, должности и звания перед законом?" - "Совершенно верно! Но и это равенство подчас вульгарно понимается и используется сильными мира сего".

Судья: Например?

Подсудимый: Ну, вот, хотя бы вы, господин судья, как человек, выносящий приговор по закону. Для вас закон - альфа и омега правосудия. Отступить от закона вы не имеете права. Вы - его главный носитель и главный исполнитель. Не так ли?

Судья: Совершенно верно!

Подсудимый: Но и вы, ваша честь, иногда нарушаете истинную правду наказания, правду судебного приговора на уровне совести.

Судья: Я? Да что вы себе позволяете? Приведите хотя бы один пример.

Подсудимый: Извольте. Совсем недавно на судебном заседании, которое транслировалось по первой программе Центрального телевидения, слушалось дело об одной женщине, которая предъявила иск ответчице за принесённый ей материальный и моральный ущерб в размере... Простите, забыл.

Судья: В размере 38 тысяч рублей.

Подсудимый: Спасибо! Так вот, в ходе слушания дела выяснилось, что дом истца находится рядом, на территории с домом ответчицы. Два дома были огорожены одной оградой, и войти к себе в дом истец могла только через калитку ответчицы. С другой стороны домов был глубокий овраг, и проложить обходной путь практически было невозможно. Что делает ответчица? Она закрывает калитку на замок, поскольку проход к дому истца был возможен только через её приусадебную территорию, являющуюся её собственностью. Что делает истец? Он ставит бочку перед калиткой, влезает на неё, а затем почти с двухметровой высоты прыгает на землю. Однажды она не рассчитала сил, прыгнула и сломала ногу. Естественно, дальше последовала больница, лечение, лекарства и т.д. Я уже не говорю о том, что когда она не могла попасть к себе в дом, она ночевала у себя в машине. Однажды она пригласила свою престарелую мать погостить у себя в загородном доме, надеясь, что ответчик проявит милость и снисходительность, откроет замок на калитке. Но, увы, этого не произошло, и старая женщина провела всю ночь под забором. Вспомнили, гражданин судья?

Судья: Конечно, вспомнил. И что?

Подсудимый: А то, что вы отклонили гражданский иск заявителя. А помните, почему?

Судья: Прошу больше не задавать мне вопросы. Здесь я задаю вопросы, а не подсудимые. Продолжайте!

Подсудимый: Продолжаю. Вы отклонили иск лишь по одной причине, что договор между истцом и ответчиком по использованию тропинки к своему дому истцом был основан на устной договорённости. Вот если бы договор был письменно составлен и заверен нотариально, вот тогда бы он имел юридическую силу и подлежал рассмотрению в суде. Другими словами, буква закона является для вас, ваша честь, выше духа справедливости, простой человеческой морали, когда слово данное той или другой стороной, является правдой их нравственного бытия. Я понимаю, что по занимаемому статусу вы не могли и не имели права нарушать закон. Но с чисто человеческой стороны правда была на стороне истца. Все слушатели, зрители, присяжные заседатели, да и вы, господин судья, в душе чувствовали это. Во всяком случае, по вашему выражению лица это было явно видно. Не случайно, уже закрыв дело, вы посоветовали истцу, что надо ей делать в сложившейся ситуации. И тем не менее, в данной конкретной ситуации буква закона стала для вас выше, чем правда естественной нормы взаимоотношений между людьми.

Кстати, хочу сделать одно существенное добавление: в 19 веке в России дворяне никогда не говорили "честное слово" друг другу. Они просто говорили:"Даю слово!" И этого было достаточно. Ибо, если бы они говорили "даю честное слово", то выходило бы, что все остальные их слова нечестные. Слово, данное русским дворянином, было для него законом. Если же кто-то не исполнял его, то такому человеку не только не подавали руки, но изгоняли из своего общества. Почитайте на досуге книгу Александра Кацуры "История русской дуэли". Правда, если найдёте её в продаже.

Вот почему на моих семинарах я говорил слушателям неоднократно, что равенство между людьми является равенством не только перед законом, но прежде всего перед Богом. Не случайно единственный смысл всех законов Торы, Ветхого и Нового завета - их Богоданность. Мы все перед Богом дети Его. У Бога в замысле Его нет любимых и нелюбимых детей. Это уже мы, люди, проводим меж собой межу на равных и неравных, богатых и бедных, сильных и слабых, напрочь забыв, что мы созданы по Образу и Подобию Божьему. Только человек, живущий по Заповедям Божьим, может сказать о себе:"Я - Богом упоённый человек".

Меня часто спрашивали, в чём же заключена порча человека, в чём основная причина падения человека? И я отвечал, что в основе Богоотступничества лежат предательство и забвение Божьих заповедей. Человек, возомнивший себя царём природы, становится на путь дьявола.

Но сказал поэт:

"Есть Божий суд, наперсники разврата,
Он не доступен звону злата..."

Мы не только забываем, но мы не хотим знать, что рано или поздно все мы предстанем перед Божьим судом и с нас спросится по-полной, и он Суда Божьего никому не удастся ни спрятаться, ни скрыться.

Судья: Подсудимый, не забывайте, что вы находитесь в зале суда, а не за церковным амвоном. Ближе к делу.

Подсудимый: Ваша честь! Извините меня, но без этих моих слов вам трудно будет вынести справедливый приговор в мой адрес. И тем не менее, забегая вперёд, хочу сказать: "Я не боюсь суда земного. Мне страшен будет Божий Суд".

Воистину прав был пророк Ветхого Завета, сказавший: "Во многой мудрости много печали; и кто умножает познание, умножает и скорбь".

Судья: Хорошо, подсудимый, делаю для вас исключение. Продолжайте.

Подсудимый: Меня часто спрашивали: в чём состоит мой грех, если я хочу жить богато, иметь свою дачу, машины, виллу на Рублёвке, ни в чём себе не отказывать, да просто быть счастливым и свободным человеком? На что я отвечал, что быть счастливым и свободным никто не запрещает. Но в чём вы видите своё счастье и как вы его понимаете? Многие пожимали плечами и замолкали. Тогда я приводил, к примеру, слова М.Зощенко: "Счастье человека находится в тех тисках, которые ограничивают его желания". А что означает для вас понятие быть свободным? От кого быть свободным? Вы личную вседозволенность возвели в ранг личной безнаказанности, а личную безнаказанность в лживую сущность своего проживания на земле. И ядром вашей лживой жизни является ваше тщеславие - тщетная слава, тщета, пустоцвет. Сегодня тщеславие присуще практически всему населению земного шара. В той или иной степени оно свойственно как руководителям государства, президентам, министрам, идеологам, так и обычному человеку. Особенно публичным людям. Достаточно только посмотреть телепередачи, посвящённые различным вопросам современной жизни, чтобы убедиться в правоте моих слов. Поймите меня правильно, ваша честь, я ведь не отрицаю саму важность и актуальность проблем на передачах, например, Владимира Соловьёва, хотя, если честно признаться, некоторые их темы высосаны из пальца на потребу обывательскому вкусу. Но вместо вдумчивого, спокойного, доказательного аргументирования своей позиции, своей точки зрения интеллигентных и воспитанных людей что мы наблюдаем? Сплошной ор, каждый стремится перекричать друг друга, обрывая своего или своих оппонентов на полуслове. Каждый слышит только самого себя, ему наплевать в этот момент, что думают о нём другие. Но пойдём дальше, в глубину, следуя за мыслью Льва Николаевича Толстого: "Чем глубже в себя копаешь, тем общее выходит". А вот в глубине подобного ораторского хамства и ора лежит ничто иное, как комплекс неполноценности. Вот этот комплекс и выбрасывает на всеобщее обозрение так называемую персональную "значимость" и верховенство своего "Я" над всеми другими: "Смотрите, каков я, только моё мнение, только моя точка зрения является единственно верной и неоспоримой". Не глубиной мысли поднять на её вершину своих оппонентов, а всесокрушающим ором своей глотки опустить их ниже тазобедренного плинтуса. Для таких "полиглотов" пиар собственного "Я" стал ежедневным опиумом персонального тщеславия в собственных глазах. Они напрочь забыли, что в споре никогда не рождается истина. В споре она умирает.

Свидетель: Гражданин судья! Не забывайте, у двух евреев всегда три мнения.

Судья: Свидетель! Ещё раз услышу ваш голос - удалю! Продолжайте, Моисей Соломонович!

Подсудимый: Когда-то Хайдеггер изрёк: "Современный мир - это мир, ожидающий Бога". Согласен с мудрецом. Но с одной поправкой: современный мир - это мир, встретивший сатану.

Свидетель: Ваша честь! Наш Моисей любит вспоминать великих мудрецов прошлого. Для него тени забитых предков, простите, тени забытых предков являются непререкаемыми авторитетами, которые...

Судья: Так, достаточно! Судебный пристав, удалите из зала свидетеля. Продолжайте, Моисей Соломонович!

Подсудимый: В ходе наших встреч многие мои слушатели не сразу начали осознавать бессмысленность своих прожитых дней и лет на земле. Я видел, нет, скорее чувствовал, с какими мучениями они начинали прозревать, обретая постепенно здоровый нравственный облик. Повторяю, этот процесс обретения истинной сущности давался каждому из них с неимоверным трудом. Так, однажды, четверо из них поведали мне, что все свои капиталы из зарубежных оффшоров они перевели на возведение новых церквей. На что я им тут же ответил: "А вот теперь скажите мне, но только чистосердечно, как вы себе представляете возведение нового храма Божьего, если хотя бы в одном из его кирпичей лежит кровинушка безвинно убиенного младенца? Может ли истинно верующий человек войти в подобный храм и совершить молитву перед иконой или другой религиозный обряд"? На что я услышал в ответ, что церковные иерархи были не против такого дара. - Да ответил я им, вполне допускаю, что они были не против и даже приветствовали ваше дарение как ваше покаяние перед Господом богом. Но вы-то сами, неужели взаправду посчитали, что именно подобным даром вы искупаете свои былые грехи перед Всевышним? Ведь в глубине души, что уж тут греха таить, вы считали себя уже безгрешными.

"А что же нам делать, как быть?" - вопрошали банкиры и столоначальники. "А вы подумайте сами и примите верное решение", - отвечал я им.

И вот прошло несколько дней, и многие из них пришли ко мне, сказав, что все сбережения, деньги от проданных дач, вилл, машин они перевели на счета детских домов, больниц, пансионатов для престарелых, оставив себе лишь минимум для нормального, скромного проживания.

И тут же неожиданно распахнулась дверь, и в зал влетел разъярённый свидетель крича: "Моисей! Ты чего паришь репу судье? Ты лучше скажи честно, без утайки, почему ты убил людей, которые приходили к тебе на семинар? Или слабо тебе правду сказать?"

Судья: Судебный пристав! Не трогайте буяна. Пусть он займёт своё место у трибуны. Свидетель, что вы хотели сказать? Не бойтесь, вас никто не тронет. Говорите, я вас слушаю.

Свидетель:

Не расправы страшусь я кровавой.
Я-то знаю, кто прав и не прав.
Искушение власти и славы
Хуже всех неприкрытых расправ.

Подсудимый: Я вполне разделяю пафос этого стиха. Но...

Судья: Подсудимый! Делаю вам замечание. Не перебивайте свидетеля по делу.

Свидетель: Меня он не перебьёт. Он уже перебил с десяток, если не более, других человек. Ты скажи, Моисей, что они лично сделали тебе плохого? За что ты их покарал так сурово? Ведь они пришли к тебе за советом, поразмыслить о жизни, а ты их отправил в мир иной. И ты ещё называешь себя Богопослушным человеком. Скотина ты, зверюга фашистская!

Подсудимый: Ваша честь! Прошу меня огородить от подобных оскорблений. Да, я отправил моих слушателей в мир иной и в этом ничуточку не раскаиваюсь. Прошу вас, пусть судебный пристав откроет дверь и впустит тех, кто за нею.

Судья: Пристав! Пригласите тех, кто стоит за дверью.

Дверь открылась и в зал вошли 15 человек, целых и невредимых с улыбкой на лицах.

Подсудимый: Ваша честь! Это мои слушатели, которых свидетель посчитал ушедшими в иной мир.

В зале наступила мёртвая тишина.

Один из вошедших произнёс: "Гражданин судья! Мы действительно ушли в иной мир, мир правды, чести и добрых дел. Живём мы в разных уголках России, и каждый из нас по мере сил своих стремится делать добро по отношению к другим людям. Мы благодарим от всего сердца Моисея Соломоновича за то, что он поверил нам, и за то, поставил нас на путь истинный. Мы убедительно просим вас, чтобы вы выступили с ходатайством перед Министерством культуры Российской федерации о восстановлении его в должности преподавателя философии и религиоведения в одном из столичных вузов и рекомендовали его кандидатуру на соискание Нобелевской премии мира.

Судья: Суд удаляется для вынесения приговора

Судебный пристав: Прошу всех встать!

Через 20 минут в зал входит судья и произносит:

"Суд выносит оправдательный приговор, а также выражает искреннюю признательность Моисею Соломоновичу Цукерману за его подвижнический труд и выступает с рекомендательным письмом Министерству культуры РФ о выдвижении его кандидатуры на соискание Нобелевской премии мира.

Суд окончен! Благодарю всех за внимание! А вас, Моисей Соломонович, прошу зачислить меня слушателем на ваш семинар.

Немая сцена.

Июль 2015 г. Потсдам

Илья Клейнер

Библиотека » Илья Клейнер. Избранное.




Выставка работ
Книги