Художник Илья Клейнер

Габриэль Брачо

Габриэль Брачо

Габриэль Брачо - венесуэльский художник. Картины Брачо, несмотря на богатство заложенной в них информации, невозможно пересказать. Они воздействуют на зрителя цветом, формой, контуром, особыми очень экспрессивными ракурсами.

Брачо никогда не подражал европейским мастерам, он искал вдохновения в исконном, коренном, к чему привели его поиски специфического латиноамериканского способа выражения.

В 1951 году, сразу же после первой выставки Брачо в столице Венесуэлы Каракасе, вокруг его творчества разгорелись споры. Как раз в середине XX века французский философ-экзистенциалист Сартр выдвинул тезис об абсурдности действительности и необходимости признать, что искусство не должно с ней иметь ничего общего. Искусство, которое не отказалось от выражения социальных идей, начали называть "компромиссным" или "ангажированным". Один из венесуэльских писателей говорил о творчестве Брачо: "Брачо владеет техникой. У него есть чувство стены в монументальных работах, он умеет строить пространство. Умеет использовать различные оттенки цвета. Зачем приносить это в жертву ангажированности?" Но встречались среди интеллигенции и его сторонники. Например, один из критиков писал: "Я - с Брачо и с ангажированной живописью". А между тем самого Брачо волновали не только латиноамериканские проблемы, но и проблемы всего мира. Главным в его творчестве стали движение и вечный поиск. Произведения Брачо порой кажутся неупорядоченными, даже хаотичными, но за внешней хаотичностью стоит строгая, выверенная художественная система, которая определяет неповторимую его самобытность.

Габриэль Брачо родился 25 мая 1915 года в городе Лос-Пуэртос-де-Альтаграсия, на берегу пролива, соединяющего Венесуэльский залив Карибского моря с озером Маракайбо. Эта местность известна своими нефтяными месторождениями. Отец был служащим. В семье родилось тринадцать детей, и Габриэль был вторым ребенком. Все время, пока он учился в школе, Венесуэла находилась под властью диктатора Хуана Винсенте Гомеса, однако родители Брачо приучали детей сохранять внутреннюю независимость и благородство. Габриэль очень тяжело переносил насаждаемую в школе строгую дисциплину. Главной страстью для него оставалось рисование. Как вспоминала позже его мать, "каждый раз, когда он был недоволен своими товарищами после игры в пелоту, он делал на них карикатуры. Одного он изображал в виде быка, другого - в виде собаки, третьего - в виде спички".

Уже в двенадцать лет, окончив школу, Габриэль устроился на работу в банк, а в 1931 году поступил в художественный кружок. В 1936 году поехал в столицу Каракас, где начал учиться в Школе изящных искусств. В то время кумирами латиноамериканских художников были французы. Брачо учился у чилийца Армандо Лира, с которым дружил до самой его смерти.

В первых произведениях Брачо - натюрмортах, этюдах обнаженной натуры и даже настенных композициях - чувствовалось влияние не только французского импрессионизма, но и экспрессионизма, кубизма. В это время скончался диктатор Гомес и в стране на некоторое время появились демократические свободы. Более свободными начали чувствовать себя и люди искусства. Этот период отмечен в латиноамериканской культуре появлением двух основных направлений. Одно опиралось на европейский модернизм, другое, которое называли индихенистским (или индеанистским), объединяло художников, убежденных в том, что прийти к новому искусству можно только через понимание культуры коренного населения Америки - индейцев. Молодые венесуэльские художники Эктор Полео, Педро Леон Кастро, Сесар Ренхифо и Габриэль Брачо увлекались и творчеством муралистов - мастеров мексиканской монументальной живописи, которые в своем стремлении к наиболее яркому воплощению социальных проблем добивались остронациональной выразительности.

После окончания Школы изящных искусств Брачо не поехал "открывать" Европу, а продолжил свое образование в чилийской Школе прикладного искусства. В это время - 1939-1942 годы он создал такие бронзовые скульптуры, как "Индейское материнство", "Крестьянская торговка", "Креолка". В Чили Брачо имел возможность наблюдать, как работает знаменитый художник-мексиканец Сикейрос, который выполнял настенные росписи в Чильянс. Именно тогда Брачо начал постигать тайны компоновки фигур на плоскости стены, увидел, как можно выстраивать фигуры в сложных ракурсах, писать широкой кистью, использовать распылитель-аэрограф.

В 1940 году появилось его полотно "Жертва", которое все восприняли как символ Латинской Америки. В 1942 году Брачо возвратился на родину, а уже в 1943 году поехал в США, где изучал технику керамики и даже сделал одну настенную роспись. В США Брачо подружился с американскими художниками - Филлипсом Эвергудом и известным карикатуристом Уильямом Гропером.

В 1945 году Брачо вернулся в Венесуэлу, где начал вести класс изобразительного искусства в Лицее прикладных наук Каракаса. Он много ездил по Латинской Америке, после Второй мировой войны посетил Чили, Боливию, Аргентину. Из всех поездок Брачо привозил многочисленные карандашные зарисовки. Глубоко изучив, прочувствовав оригинальную, самобытную культуру Латинской Америки, в 1949-1950 годах Брачо отправился в Европу, где начал изучать искусство старых мастеров. Его выставки прошли в Париже, Лондоне и других городах.

Толпы народа стояли на открытии выставки Брачо в каракасском Музее изящных искусств в 1951 году. Почти все выставленные здесь полотна были глубоко символичны. Охваченную огнем женщину, которая дает жизнь ребенку (картина "Сталинград"), все восприняли как образ России, возрождающейся после войны из пепла. Главным в сюжете картины "Нефть" стало сражение индейского Геракла с гидрой, воплощающей всемирный империализм. Трагедию атомной бомбардировки художник передал на полотне "Хиросима" в технике коллажа. Постепенно техника Брачо менялась. Добиваясь особой экспрессии, он начат писать не крупными цветовыми плоскостями, а мелкими мазками разных цветов.

С приходом к власти нового диктатора Переса Хименеса Брачо был вынужден в 1958 году переехать в Мексику, где он создан цикл произведений на традиционно мексиканскую тему - культ смерти. В 60-е годы, возвратившись в Венесуэлу, Брачо написал очень яркие, выразительные портреты художника Давида Сикейроса, автопортрет. В это же время он наконец смог осуществить мечту о монументальных настенных росписях. Лучшие из них - "Лино де Клементе и его время", "Латинская Америка".

Обобщенный образ освободителя Латинской Америки от испанского владычества Симона Боливара, который родился в Венесуэле, Брачо создал в полотнах 70-х годов "Недра Боливара", "1812, 1875 и так далее...".

В 70-е годы, когда весь мир потрясла трагедия Чили, Брачо создал целую серию картин, в которых обличалась хунта. Это "Чилийская мать", серия "Стадион. Посвящается Чили". В каждом из полотен серии "Футбол", "Волейбол", "Баскетбол", "Теннис" трагедия передается в страшных по своей силе образах-символах. Например, вместо мяча у солдат, которые играют на стадионе,- человеческий череп. Все эти работы монохромны и напоминают большие графические листы.

Некоторые из созданных в эти годы картин звучали как аллегории, например, полотно "Мальчик, защищающий свои книги". Все чаще художник начал прибегать к технике коллажа, вставляя в композиции детали из ранее написанных картин.

Его плотна стали философичными, возвышенными, в них начало проявляться особое космическое видение. Смягчились контуры предметов. Главную роль в создании пластических образов играл уже не дробный мазок, а целые летящие массы цвета, которые накладывались широким флейцем или аэрографом. Они то растекаются, то сгущаются, преобразуясь в летящие вихревые потоки.

Использование синтетических красок сближало колорит написанных в 70-е годы картин с кинокадрами. Особый философский смысл есть и в созданной в 1975-1977 годах серии "Гуахиро", картинах "Горизонт", "Наш Венесуэльский залив". Здесь человек как бы растворяется в общем стремительном вихре бытия, а земная природа открывается перед космической бесконечностью.

Бoгдaнoв П.С., Бoгдaнoвa Г.Б.




Выставка работ
Книги