Художник Илья Клейнер
О художнике | Работы | Фотоальбом | Отзывы | Библиотека | Обратная связь

ВОТ ЭТО ДА!

В этой женщине было всё необычно. Её имя Аза и фамилия Аникина были палиндромами, т.е. читались одинаково как слева направо, так и справа налево. Родилась она на высоте 10 тыс. метров над землёй в самолёте, выполняющем рейс "Владивосток - Москва". Хорошо, что на борту оказались врач и медсестра. Роды прошли успешно. Девочка родилась здоровой. Но... с одной малюсенькой заковыкой: малышка появилась на свет 29-го февраля. "И что? - можете спросить вы, - что здесь необычного?"

А дело в том, что именно 29-ое февраля - это день в високосном году, который бывает один раз в четыре года. Не слабо, а? Но и это было не всё. Оказалось, что первым словом ребёнка было не "мама", или простой звук "ма", как это происходит у всех детей, а странное и непонятное "Пи". Сначала мама думала, что ребёнок просто хочет писать, вот и шепчет "пи-пи". Но всё оказалось куда более сложней и загадочнее. А суть этого непонятного "пи-пи" заключалось в том, что, когда малышка находилась ещё в утробе, её мама - известный музыкант, почти каждый день исполняла на пианино произведения Чайковского, Листа и Брамса. Волшебные звуки гениальных композиторов, как и кровь самой матери, органически входили в крохотное существо. К тому же само слово "пианино" в доме было таким же естественным и часто употребляемым, как "хлеб", "семья", "работа" и "любовь". Но и это не всё. Вторым звуком малыша был звук "до". Не "мама" или "мА", а именно "до". Оказалось - всё проще простого. Именно с этого звука начиналось имя матери - "Дора". Вот и выходило, вместо "мама" - "до". О том, что нота "до" является первой в музыкальной октаве, и говорить не стоит.

Странности малышки этим не ограничились. Например, она могла уже в первом классе свободно писать не только слева направо, но и наоборот, что приводило учителей в крайнее удивление. Они знали, что такой уникальной способностью обладали немногие выдающиеся личности. Например, Леонардо да Винчи. Мама Азы лишь однажды была удивлена, когда спросив дочку "Ты хочешь кушать?" - в ответ услышала: "А ты сыта?" Произнеся несколько раз "А ты сыта?", она неожиданно обнаружила, что в обратном прочтении эти слова звучат точно так же.

Дора Наумова никогда не удивлялась, если её дочь, прогуливаясь с нею по бульварам и скверам города вдруг неожиданно могла развернуться на 180 градусов и зашагать назад, при этом ничего не говоря матери. Вот этот молчаливый, стремительный разворот в противоположную сторону нисколько не смущал женщину. "Ну и что?, - пожимала она плечами, - ну, моя дочь не как все, и что в этом плохого?" Она ещё не могла знать, что эти развороты на 180 градусов в жизни её дочери на самом деле являются скрытым душевным поворотом на 360 градусов вокруг сердечной оси к самой себе. Точней - в саму себя. В этом мать убедится гораздо позже, когда её любимая дочь станет вполне взрослой и будет полностью отдавать отчёт своим действиям и поступкам.

А пока основным делом её жизни стали занятия музыкой с дочерью на фортепиано. Уже к 17-ти годам её Аза великолепно исполняла произведения Моцарта, Шопена, Дебюсси, Шуберта и Баха. Особенно великолепно она играла бетховенскую двадцать девятую фортепианную сонату "Хаммерклавир", сонату, которую автор выдал на свет, будучи совершенно глухим человеком. Вот вам и разворот на 180 градусов от людей со слухом к абсолютно глухому человеку, который услышал пульс Вселенной. Перед нами самый настоящий поворот на 360 градусов к той же "Божественной комедии" Данте, фрескам Микеланджело в Ватикане и гениальным монументальным произведениям Леонида Полищука и его жены Светланы Щербининой. Почему это произведение Бетховена стало одним из любимых произведений молодой пианистки? Понятно, что здесь решающую роль, как было отмечено выше, сыграл разворот от физической глухоты композитора к Божественным звукам Вселенной. Но ещё, конечно, и параллельное звучание величайшей гармонии, красоты и образности русской поэзии, и в первую очередь стихотворения А.С. Пушкина "Пророк".

Духовной жаждою томим,
В пустыне мрачной я влачился, -
И шестикрылый серафим
На перепутье мне явился.
Перстами легкими как сон
Моих зениц коснулся он.
Отверзлись вещие зеницы,
Как у испуганной орлицы.
Моих ушей коснулся он, -
И их наполнил шум и звон:
И внял я неба содроганье,
И горний ангелов полет,
И гад морских подводный ход,
И дольней лозы прозябанье...

Позже, спустя годы, Аза неожиданно найдёт удивительное созвучие своим мыслям в книге знаменитого музыканта и педагога Михаила Казанника "Тайна гениев".

Но исполнительский взлёт пианистки Азы Аникиной был прерван внезапным переездом её семьи в Израиль. Именно в конце 80-х годов прошлого столетия в России начался массовый отток евреев за рубеж. Связан он был прежде всего с усиливающей волной антисемитизма в стране. Однажды её отец, придя с работы и усадив на диван жену и дочь, произнёс задумчиво:

- Всё, я больше так не могу жить дальше. На каждом шагу то и дело слышишь: "Убирайтесь в Израиль. жиды!", "Во всём виноваты жиды!" Меня сократили в должности, а начальник цеха так и сказал:

- Мойша! Давай подавай лучше заявление об уходе с работы по собственному желанию. Иначе я буду вынужден уволить тебя по статье с записью в трудовую книжку.

- По какой статье? - спросил я его, ничего не понимая.

- Не боись, был бы человек, а статья для него всегда найдётся.

- Ах ты сволочь антисемитская! - не выдержал я, вскочил и рванул что есть сил его за грудки, прижав поддонка к стене. - Ты что, сволочь, не знаешь, что я проливал кровь на войне, чтобы и ты, ублюдок, остался жив?

На шум тут же ворвались сотрудники отдела и оттащили меня от перепуганного насмерть придурка.

- Вот и нашлась статья, Мойше, по которой ты будешь уволен сегодня же!

Завтра я ухожу с работы, и завтра отнесу все документы в ОВИР на выезд в Израиль. Всё, родные мои, дальше продолжаться так не может!

Через два месяца семья вылетела в Израиль.

Перед посадкой самолёта мама, улыбнувшись, спросила Азу:

- Ну, что, дочура, твоя мечта сбылась? Ведь ты так хотела увидеть эту древнюю страну.

- Ещё как, мамуля! Израиль - это страна, где неделя начинается в воскресенье, день - вечером, а год - в сентябре, причём каждый раз с другого числа. В этой стране есть потрясающие музыканты. Я подготовила несколько сольных концертов на музыку Вебера, Скарлатти, Моцарта. Да ты знаешь об этом не хуже меня.

- Знаю, доченька, знаю, - ответила мать, обнимая дочку. - Дай Бог, повезёт, и ты примешь участие в отборочном конкурсе пианистов и завоюешь призовое место.

- Не призовое, а первое место, - поправил жену муж. - И будешь единственной женщиной, которая после Ван Клиберна, Владимира Ашкенази, ну кто ещё там?

- Григория Соколова, Льва Власенко, - подхватила мать. - Займёшь первое место в конкурсе имени Петра Ильича Чайковского в Москве, - в один голос продолжили все трое.

Но мечте дочери не удалось сбыться - история сотворила злую подлянку. Именно в это время произошла война на Ближнем Востоке между Израилем , с одной стороны, и Египтом, Сирией, Иорданом, Ираком и Алжиром, с другой, продолжавшаяся с 5 по 10 июня 1967 года. Знаменитая Шестидневная война.

С согласия премьер-министра Эшколя министром обороны генералом Моше Даяном и начальником генерального штаба генерал-лейтенантом Ицхаком Рабином было принято нанести воздушные и наземные удары. Рано утром самолёты израильских ВВС, находясь над восточной частью Средиземного моря, повернули на юг и нанесли сокрушительные удары по всем аэродромам Египта, фактически уничтожив египетские ВВС. Позднее были разгромлены ВВС Иордании и Сирии, нанесён мощнейший ущерб иракским ВВС в районе Мосула.

В результате этой молниеносной войны Сирия потеряла Голанские высоты, Египет - Синайский полуостров и Сектор Газа, а Иордания потеряла Западный берег реки Иордан.

Эта война была прямым ответом арабской коалиции, доказав на деле всему миру мощь Израиля в борьбе за свою свободу и независимость против любой агрессии. И несмотря на то, что в этой войне со стороны Израиля было убито 2563 человек и ранено 15, Израиль одержал блестящую победу. Понятно, что отец Азы немедленно вступил добровольцем в армию Израиля, став обычным рядовым в соединении под командованием Узи Наркиса, но был на второй день смертельно ранен и госпитализирован. В бессознательном состоянии его поместили в реанимационное отделение больницы города Ашдод, именно того города, куда прибыла его семья. Лучшие врачи Израиля денно и ношно боролись за его жизнь, применяя самые последние достижения мировой медицины. Рядом с героем из России постоянно находились его жена и дочь. Но ранение было настолько серьёзным и тяжёлым, что спасение было практически невозможным. На двадцатый день после поступления в больницу, так и не придя в сознание, муж Доры Наумовой скончался. Что-то было ирреальное в этой смерти, не поддающееся обычному уразумению: прилететь в страну, чтобы жить свободным человеком, и погибнуть за эту долгожданную свободу через несколько дней, умереть именно в тот день, когда родилась его любимая жена. Мистика!

Естественно, после смерти отца Аза просто не могла заниматься музыкой. Она даже в мыслях не могла представить, как можно извлекать те же мажорные, жизнеутверждающие звуки из клавиш рояля, когда рядом, на кладбище, под землёй находится её горячо любимый отец, который ещё несколько дней тому назад был жив. Это было выше её сил.

Вот почему все свои силы она стала отдавать уходу за больными и ранеными. Она практически дни и ночи проводила в госпитале, помогала делать перевязки, перевозить на тележке больных из операционной в палаты и обратно, мыть полы и посуду, помогать ставить капельницы, т.е. быть простой санитаркой. В течение трёх месяцев она посещала два раза в неделю курсы по изучению иврита, и поэтому могла более или менее свободно общаться с больными и медперсоналом. Вот так некогда звучавшая в ней музыка великих композиторов мира перешла в сердечную мелодию любви и заботы о тех беспомощных, которые в этом нуждались. На подсознательном, нет, точнее на интуитивном уровне каждая кровать с больным ей представлялась в виде минорной мелодии в той или другой степени интенсивного или едва слышимого звучания. И всякий раз, оказывая помощь бессильному телу, она всем своим сердцем, всем своим существом хотела, чтобы та или иная минорная мелодия становилась мажорной, жизнеутверждающей. Мелодия звука становилась для неё мелодией жизни, а мелодия жизни торжествовала над мелодией смерти. Именно по её инициативе и с согласия самих больных и врачей она каждый день приносила в госпиталь хлорвиниловые пластинки. И тогда голоса прославленных уже тогда артистов, таких как Владимир Атлантов, Евгений Нестеренко, Муслим Магомаев, Елена Образцова и Тамара Синявская, входили в души и сердца измождённых людей, пробуждая в них веру и желание жить! Скоро эта музыкальная терапия стала достоянием госпиталей, больниц, клиник и домов престарелых уже всей страны. Позже во многих больницах, клиниках, реабилитационных центрах не только Европы, но и всего мира к "музыкальной терапии" присоединилась и "живописная терапия" со своими мажорными и орнаментально-декоративными сюжетами.

Но время неумолимо летело вперёд. И вот, спустя три года после смерти отца наша черноокая красавица Аза с белозубой, ослепительной улыбкой оказалась вновь в Москве. Тоска по Родине с её закатами и восходами, с её озерами и реками, с её золотистыми осенними березами и тополями, с её родной русской речью, историей и культурой всё больше и больше входила в сердце девушки, наполняя его ностальгией по отчему дому. Видя, но главное, чувствуя это, мама наконец благословила дочь на возвращение в Россию, пожелав ей прежде всего успехов в творческой деятельности. Сама же она не захотела возвращаться назад. Последними, прощальными её словами, сказанными перед отлётом дочери в Москву, были: "Я остаюсь здесь навсегда с твоим отцом. Пожалуйста, доченька, не забудь слова Сократа: "В сердце любого человека есть огромная дыра, в которой находится Бог" - И добавила: "Любовь не бывает без боли. Без боли любовь - не любовь. Храни тебя Бог!".

__________

Однажды в одном из элитарных салонов на старом Арбате, куда Аза была приглашена, она увидела рояль "Стейнвей". Не отдавая себе отчёта в том, что делает, она подошла к нему, открыла крышку и заиграла произведение из двух тетрадей Брамса "Вариации на тему Паганини". Успех, как говорят в таких случаях, превзошёл все ожидания.

Неожиданно к ней подошли два молодых человека и пригласили к себе за стол. Представились: один из них был Элисо Вирсаладзе, а второй - Владимир Крайнев. "Неужели передо мной два знаменитых пианиста, один из которых, Элисо, получил третью премию на конкурсе им. Чайковского в 1962 году, а второй, Владимир, получил, но уже первую премию в 1970 году?" Аза не могла поверить своим глазам. В ходе дружеской беседы её сомнения полностью рассеялись. Понятно, что молодых людей заинтересовало прежде всего жизнь этой молодой очаровательной девушки. Не вдаваясь в биографические подробности, она поведала им о своей жизни, уделив основное внимание годам, прожитым в Израиле. Дружелюбная атмосфера, царившая в салоне, располагала обе стороны к откровенному разговору. В конце вечера Владимир Крайнев спросил Азу:

- Скажите, прелестная фрейлейн, а вы не хотели бы продолжить своё музыкальное образование? Грех заглушать в себе такое дарование.

На что Аза, не задумываясь, тут же ответила вопросом на вопрос, как принято у всех евреев мира:

- А как бы вы поступили на моём месте?

- тогда давайте договоримся встретиться завтра в 7 часов вечера на выходе из метро "Кропоткинская". Почему именно там - вы поймёте завтра. Договорились? Ну, тогда до встречи!

Нет надобности говорить, в каком волнении провела всю ночь и следующий день Аза. Но ровно в 7 часов вечера она была в назначенном месте. Через несколько минут подошёл Владимир Крайнев, и они отправились по Остоженке по направлению к Садовому кольцу. Через несколько метров они зашли в роскошный старинный особняк и позвонили в двери. Навстречу им вышла очаровательная женщина и представилась:

- Лариса! Жена Николая Петрова. Проходите в дом!

Через несколько секунд в проёме дверей возникла огромная фигура улыбающегося мужчины. Его облик напоминал образ былинного русского богатыря Ильи Муромца, но только без бороды и шлема.

- Усаживайтесь, друзья, поудобнее. Меня зовут Николай Арнольдович Петров. А ваше имя Аза?

- Да, - кивнула в ответ девушка.

- Мои друзья рассказывали о вас. Ларочка, ангел мой, принеси нам бутылочку вина и что-нибудь закусить. - На лице русско-еврейского богатыря светилась детская улыбка.

- Сколько вам лет, милое создание? - спросил он ласково Азу, разливая вино по бокалам.

- Коленька, родной, извини, но в России не принято спрашивать женщину сколько ей лет! - тут же нежно осадила Лариса мужа.

- Пардон, мадам! - произнёс Петров. - Сейчас я пойду и поставлю себя в угол в наказание.

- Да уж сиди, не вставай, - произнесла Лара, поглаживая мужа по плечам. И вдруг Николай Арнольдович, прищурившись, каким-то заговорщическим голосом обратился к гостье:

- А вы знаете, сколько лет обычно живут гении на земле? Ладно, не мучайтесь. Вот несколько примеров:

Жорж Бизе ( 1840 - 1877 ) - прожил 37 лет;
Моцарт ( 1756 - 1791 ) - прожил 36 лет;
Пушкин ( 1799 - 1837 ) - прожил 37 лет;
Байрон ( 1788 - 1834 ) - прожил 36 лет;
Рафаэль ( 1485 - 1522 ) - прожил 37 лет и умер в день своего рождения.

- Ты ещё добавь сюда Леонида Енгибарова, Владимира..., но жену тут же жестом руки остановил муж:

- Ладно, не буду.

Отхлебнув глоток вина и закусив , он обратился к Азе:

- Вы знаете, а я ведь не случайно спросил Вас об этом .Да, цифра 37 полна тайн и мистики. Она как некий рубикон, ниспосланный гениальным и талантливым людям с космических высот. Одни гении переступают его, неся эстафету красоты дальше от себя к людям, другие замолкают навсегда, не в силах преодолеть эту пограничную отметину. Если же Он посчитал, что человек ещё должен сказать людям то, что до него ещё никто и никогда не говорил, Он отпускает ему ещё 37 лет. И так далее. Вам, Азазелла, тьфу, простите, Аза, далеко ещё до 37. Но время летит быстротечно. Давайте, друзья, выпьем за всех нас, чтобы каждый новый день был прожит не зря, чтобы он нёс людям красоту и любовь!

- А теперь, Аза, прошу вас к роялю. Что вы хотите сыграть нам?

- Людвиг ванн Бетховен. Соната для фортепиано № 8 "Патетическая", часть 1. Всего лишь фрагмент, - смущённо ответила Аза, усаживаясь за рояль. И полилась чарующая музыка Бетховена, наполняя своими волшебными звуками не только этот уютный дом, но и улицы, город, страну, всю необъятную Вселенную.

- Великолепно! - воскликнул Николай Петров после финального аккорда. - Но одно маленькое замечание, Аза. Не увлекайтесь излишним педалированием. Звуковые кульминации должны естественным образом вырастать из органики предшествующей гармонии. Запомните, педали - это продолжение вашей души, а не просто механическое нажатие ваших ног на две металлические загогулины. Усиление, апофеоз звука или, наоборот, ритмическое прерывание его должны всегда находится между собой в гармоничном единении, как крик голодного ребёнка в колыбели и его едва слышимое посапывание у груди кормящей матери.

А теперь, друзья, послушайте Марш из оперы "Любовь к трём апельсинам", сочинение 33, до мажор моего любимого композитора Сергея Прокофьева.

- Николай Арнольдович сел за рояль и ... Дальше нет смысла продолжать. Ибо то, что творил этот музыкант за роялем, невозможно передать словами.

После окончания исполнения, когда Николай Петров вновь присел у стола, Аза ещё раз взглянула на руки пианиста и просто обомлела. Это были ладони и пальцы не утончённого музыканта, а какие-то огромнейшие лапы молотобойца, которыми впору забивать кувалдой штыри в железнодорожные шпалы, а не извлекать бемоли и диезы из рояля. Это было действительно чудо. Уже гораздо позже она узнала, что всю дачу на Николиной горе, от первого гвоздя до последнего, Николай Петров построил во этими самыми руками. В тот памятный вечер он лично пригласил её стать его ученицей при московской консерватории.

За годы обучения у знаменитого пианиста Аза настолько повысил свой уровень профессионального мастерства , что вскоре получила от московской филармонии и госконцерта право выступать с сольными концертами. В свои программы она в начале включила такие произведения, как "Поэма экстаза", соч.54, до мажор А.Скрябина; "Лунный свет", ч.3 из "Бергамасской сюиты" К.Дебюсси; прелюдию к фуге №4 И.С.Баха. А затем последовали Соната № 14 для фортепиано ("Лунная"), соч. 27 № 2, ч. 1, Адажио (Соната - фантазия до диез минор Л.Бетховена; Хоральная прелюдия фа минор И.С.Баха.

А затем случилось и вовсе невероятное. Учитель и ученица могли поочередно выступать на одном концерте. Например, Николай петров в начале мог исполнить "Картинки с выставки", пьеса № 6 - "Два еврея, богатый и бедный", оригинальный вариант М.Мусоргского, а вслед за ним Аза исполнить Прелюдию № 4 ми минор, соч.№ 28 Ф. Шопена.

К слову, Николай Петров - народны артист СССР, профессор московской государственной консерватории, ни одной копейки за обучение не брал со своих учеников. Вот такой он был человек.

В 1962 году Николай петров занял второе место на Международном конкурсе пианистов имени Ванна Клиберна, а в 1964 году достиг такого же результата на конкурсе имени Королевы Елизаветы в Брюсселе. Его исполнительский репертуар включал произведения практически всех великих композиторов мира. 50 сольных программ и 55 концертов с оркестром - такому количеству мог бы позавидовать любой исполнитель. Берлиоз, Чайковский, Бетховен,, Стравинский, Мусоргский, Лист, Скарлатти, Брамс, Шуберт, Моцарт, Шопен - какие славные имена! Николай петров был первым исполнителем новых сочинений Арама Хачатуряна, Тихона Хренникова, Родиона Щедрина, Андрея Эшпая. Только в советский период было выпущено 40 его пластинок на фирме "Мелодия". Лучшие дирижёры России и мира считали за честь работать с ним. Он обладал феноменальной музыкальной памятью. Огромное уважение он снискал как педагог.

О профессоре Петрове его ученики и друзья складывали легенды. Аза была свидетелем, как в 1998 году Николай Арнольдович возглавил Международный благотворительный фонд своего имени, работал в жюри международных конкурсов. Кстати, он был едва ли не первым, если не первым человеком, который отметил, какую пагубную роль играет коррупция в стране, какое взяточничество, лизоблюдство начинает распространяться и среди членов жюри международных конкурсов, когда ещё до начала проведения конкурсов было известно, кто и какое место займёт в них. Он принимал активное участие в работе Совета по культуре и искусству при Президенте Российской Федерации. Однако, какие бы высокие посты ни занимал этот человек, он всегда, невзирая на чины и должности, резал правду-матку в глаза. Особенно он беспощаден был к безголосой попсе, эстрадным кривлякам типа Генкина, Пенкина и Шуры. Он свободно владел французским, немецким, английским, итальянским и польским языками, он легко мог послать на три буквы русского языка ту или иную бездарь, возомнившую себя звездой эстрады. О политиках наших и бизнесменах и говорить не приходиться.

Для Азы каждый день встречи с этим потрясающе удивительным человеком был праздником. Да и сам Николай Петров любил свою талантливую ученицу. Но случилось страшное: 15 мая 2011 года на гастролях в Минске пианист перенёс инсульт. После реанимации его перевезли в Москву, где продолжили лечение. Но лечение нашей отечественной медицины не помогло. 3 августа 2011 года на 69-м году жизни гениальный пианист умер. Но умер не от инсульта, как все ожидали, а от сепсиса, полученного при переливании крови. Лечили от инсульта, а умер от заражения крови. Вот такая наша славная медицина! Слов нет. Похоронили Николая Петрова на Троекуровском кладбище в Москве.

На третий день после отпевания и похорон Николая Арнольдовича Аза передала его жене четверостишье, сочиненное ею в память о любимом учителе. Лариса пообещала запечатлеть его в мраморе на могиле мужа. Вот эти строчки:

- Вот истина простая, как безумство,
Вот правда нашей жизни болевой:
Судьба тогда становится искусством,
Когда искусство сделалось судьбой.

Горе от потери горячо любимого учителя было столь глубоким, что оно практически полностью выбросило Азу из привычного русла существования. Ни о каком продолжении занятий у другого преподавателя не могло идти и речи. На концертной деятельности также была поставлена чёрная точка. Непреодолимая тоска и уныние стали неотделимой сутью её ежедневья. Она понимала, что неизбывная печаль по умершему, не отпускавшая её ни на минуту, является тяжким грехом, ибо не позволяла душе умершего человека подняться над землёй и воспарить к Богу. Неизвестно, сколь долго могло так продолжаться и чем бы это могло закончиться для самой Азы, если бы с ней не случилось невероятное. Однажды ей приснился сон, и не просто сон, а волшебное, фантастическое видение, полностью изменившее её жизнь.

Непонятно каким образом, но она оказалась в ином мире, где было всё так и одновременно не так. Всё вокруг неё пульсировало, переливалось и мерцало драгоценными мельчайшими частицами, издавая при этом какую-то чудесную неземную мелодию. Нет, это не точно сказано. Эта симфония звуков как раз была внутренним состоянием и содержанием всего видимого и невидимого. Неожиданно она увидела молодого отца, который приветливо помахал ей рукой, улыбнулся и тут же растаял в сиреневой дымке. Что хотел он сказать дочери и хотел ли вообще что-то сказать - так и осталось для Азы тайной.

Для неё время в привычном, земном измерении уже не имело абсолютно никакого значения, оно было равновелико вечности в границах мига, а миг равнялся вечности в интервале её вдоха и выдоха. Здесь все физические законы мира, включая саму гениальную формулу относительности и квантовой физики, просто не имели никакого значения, ибо само пространство и время были совершенно иными, неподвластными человеческому уразумению. Перед застывшим взором Азы вставали близкие ей когда-то люди. С одной стороны, это были вполне реальные люди в их материальном одеянии, и одновременно духовные сущности, покинувшие физическую оболочку, реальность в облике ирреального, правда привычного, такого знакомого и близкого и космическая тайна Всемирного Духа.

И вдруг она увидела своего дорогого учителя Николая Арнольдовича Петрова. Улыбаясь, он обнял её и поцеловал.

- Деточка, - прозвучал близкий голос, - жизнь, которую даровал нам Всевышний, вечна. Она не имеет ни начала, ни конца в масштабе Вселенского бытия. Земная жизнь - да, она ограничена датами рождения и смерти человека. Земная жизнь - это кратковременная командировка в общежитие себе подобных. Она дана человеку как испытание на верность и преданность Божественным заповедям во имя грядущей вечной жизни его души. Главное - выдержать этот экзамен Бога. Настоящему, честному человеку, который стремится творить всю свою жизнь красоту и любовь, не нужно бояться смерти. Более того, сама твори это чудо, умирая в каждом своём творении. Обещай мне больше никогда не бояться смерти. Твори только любовь к людям, окружающим тебя на земле. Обещай мне! Запомни: твоя жизнь - это фрагмент вечности.

Не дожидаясь ответа, учитель растаял в пространстве, озарив девушку лучезарной улыбкой.

Через два дня Аза вернулась в Израиль к матери и отцу.

Спустя четыре года она блестяще закончила медицинский институт в Иерусалиме и стала одним из ведущих специалистов - реаниматоров в больнице Ашдода. С концертной деятельностью было покончено раз и навсегда. Но... В этом "но" заключалось самое главное в её новой жизни. Теперь опять каждый больной в постели представлялся ей как музыкальная нота в миноре. Только от её умения, профессионального мастерства, а главное от её любви и заботы зависел переход этого минора в мажор. Божественный сольный концерт любви, сострадания и помощи к ближнему продолжал звучать на земле.

Июль 2015 г. Потсдам.

Илья Клейнер

Библиотека » Илья Клейнер. Избранное.




Выставка работ
Книги